Готовь сани летом.
Ещё раз о проблеме сосулек.

Проблема образования сосулек и падения ледяных глыб в центральных районах Петербурга существует давно. Переход на центральное водяное отопление домов с верхней разводкой труб по чердакам усугубило проблему, поскольку подтаявший от тепловых выделений снег на краю кровли превращается в сосульки и толстые ледяные корки. Общее обветшание жилого фонда, и в том числе кровель, привело в последние годы к обострению ситуации.

 

Появилось много мнений и рецептов лечения болезни, большинство из которых могут только смягчить ситуацию.

 

Можно заново утеплить все чердачные перекрытия, изолировать трубы отопления на чердаках и даже заново покрыть железом крыши, но это не изменит слабого места в самой конструкции традиционного карниза питерских кровель.

А самое слабое место этой конструкции в том, что «настенный» жёлоб, останавливающий сползающий по крыше снег и лёд и направляющий воду в водосточные трубы, расположен не на краю карниза (см. рис. 1). То есть остается 40-60 сантиметров гладкой кровли, где выпавший снег слёживается, превращается в лёд и, подтаивая в тёплую погоду, стекает к самому краю и образует сосульки. Проржавевшее железо желобов пропускает воду, а местами от тёплых труб отопления на чердаках снег на кровлях тает так активно, что вода, не имея возможности уйти в замёрзшие водосточные трубы, переливается через невысокий жёлоб и тоже превращается в сосульки.




Для обслуживания таких крыш нужна целая армия обученных рабочих, которые ломами и лопатами вносят свой скромный вклад в общее дело. А ведь могло быть все по-другому…

 

Мы в своей практике при реконструкции исторических зданий в центре города всегда применяем другую конструкцию жёлоба для скатных кровель (см. рис. 2).




Этот жёлоб расположен на самом краю карниза, выдерживает большую нагрузку от съезжающего, пропитанного водой снега, при необходимости по нему можно пройти и очистить (от листьев). Вдоль всего жёлоба прокладывается греющий кабель, который автоматически включается на обогрев при температуре воздуха от –3 до +3 °С, то есть как раз в период образования наледей и сосулек. Греющий кабель спускается в водосточные трубы, обеспечивая непрерывный отток талых вод, которые в идеале уходят прямо в ливневую канализацию.

 

Если такой жёлоб исправен и не протекает, то он практически не требует обслуживания.

Сосульки просто не могут образоваться, а глыбы льда – упасть на головы прохожих. При такой конструкции вопросы утепления чердачных перекрытий и трубопроводов отходят на второй план, а армия обслуживающего персонала может стать во много раз меньше. Тогда сэкономленные средства можно было бы направить на реконструкцию карнизов и кровель.

Предлагаемый подход – не изобретение, а просто современный взгляд на конструкции, применявшиеся в Европе еще в средние века. Сегодня у нас есть уже довольно продолжительный и вполне оптимистичный опыт эксплуатации таких кровель.

 

Мощным толчком в решении этой проблемы могло бы стать распоряжение губернатора, разрешающее строительство мансард с упрощённой процедурой согласования с жильцами дома. Чердаки получили бы хозяев, заинтересованных в правильной эксплуатации крыши над головой, а при реконструкции автоматически можно было бы применить современную конструкцию жёлоба и всей кровли. Думаю, в центре есть большой спрос на такую реновацию и дополнительные квадратные метры, однако сейчас существует непреодолимый законодательный барьер – требование получить нотариально заверенные согласия 100% жильцов дома (собственников). В наших условиях это невыполнимо по ряду причин: одни в отъезде, другие здесь не живут, кто-то всегда против всего и т. д. В результате замерло целое направление в строительстве.

 

Есть противники мансард и среди градозащитников, поскольку в 90-е годы появилось довольно много некрасивых и не характерных для Петербурга мансард. Но кто мешает прописать правила и ограничения, которые позволят сохранить исторический облик зданий и в то же время улучшить условия жизни внутри? Можно обязать инвестора во время реконструкции чердака отремонтировать места общего пользования – лестницу, лифт…

 

Есть люди, которые хотят сохранить центр для будущих поколений в его историческом виде, и есть люди, которые хотят жить в нормальных человеческих условиях без протечек и трещин, ходить по чистым тротуарам и не бояться, что на голову упадет льдина, иметь возможность поставить свою машину в паркинг недалеко от дома. И то и другое одинаково важно.

Нам пора научиться прислушиваться к мнению друг друга и решать проблемы одних не за счет других. И это возможно.